Когда работа — это служение
Если ты вырос в семье, где все «болеют космосом», решение о профессии принимается будто само. С детства я смотрел фильмы про освоение Вселенной и восхищался людьми, которые строили ракеты и отдавали свою жизнь великой идее экспансии человечества в космос. Сегодня ракетно-космическая отрасль многослойная: кто-то работает ради безопасности страны, кто-то — ради знаний о Вселенной. Но в любом случае это служение — не словом, а делом. Здесь иначе не бывает. Когда понимаешь, что твоя работа — это еще один шаг человечества вперёд, начинаешь по-другому относиться к каждому чертежу, каждой детали. Ты не просто что-то производишь — ты помогаешь другим людям дотянуться до звезд и использовать возможности, что дарует космос.
Почему — именно гироскопы
Гироскопы не из тех вещей, что вызывают восторг у школьников. Никто не мечтает о них так, как мечтают о ракетах. Но мне они близки. Гироскоп — это прибор, который помогает космическому аппарату не потерять ориентацию в пространстве. Он хранит направление, а иногда и задает его. В этом есть простая, но сильная философия: даже при отсутствии привычных ориентиров, есть способы и не сбиться с пути и даже в абсолютной пустоте всегда можно найти опору. За это я и люблю свою профессию.
Как говорил основоположник отечественной практической гироскопии академик В. И. Кузнецов: «Ракета уходит не ввысь. Она нацелена в определённую точку и летит по строго заданному маршруту». Поэтому разработка гироскопов — дело крайне ответственное. Здесь цена ошибки слишком велика, чтобы позволить себе халтуру. Если гироприбор даст сбой, то ракета может не попасть в цель, а спутник — потерять ориентацию. Но если всё сработало штатно — значит, сердце системы бьётся ровно и изделие может выполнить поставленную задачу.
От маховика к свету
Все космические успехи XX века строились на механических гироскопах. Это настоящие шедевры инженерии — сложные, точные, надежные. Их можно сравнить с люксовыми автомобилями и спорткарами ручной сборки.
Сегодня им на смену приходят волоконно-оптические и твердотельные волновые гироскопы. Они решают ту же задачу, но на других физических принципах — без вращающихся деталей, с использованием света и вибраций. Можно сказать, что сейчас они находятся в тренде, и являются своеобразными «электромобилями» в мире гироскопов: меньше механики, и больший инновационный потенциал.
Но у этих видов гироскопов есть свои проблемы — детские болезни, которые инженеры терпеливо исследуют и «лечат»: специфические помехи и нестабильности нулевого сигнала, температурные сдвиги и пр. Зато потенциал у этих технологий огромный. Когда доведем их до ума, следующим шагом, скорее всего, станут уже гироскопы, основанные на физике атома, которые даруют совсем другой уровень точности.
Где рождаются новые идеи
В последние годы космонавтика стала сильно меняться, в ней становится все больше экономически рентабельных проектов. Появились спутниковые группировки, где важна не одна сверхточная машина, а сотни надежных, но недорогих. Отсюда растёт интерес к микромеханическим гироскопам — сродни тем, что стоят в каждом смартфоне. В телефоне их точности хватает, но для космических миссий они пока остаются зачастую грубыми по части измерений. Задача проста на словах и безумно сложна в деле: научить миниатюрный прибор работать с той же стабильностью, что и его большой «брат» из полутора десятков килограмм металла и электроники. Но решение этой задачи открывает перспективы совершенно других объёмов серийного производства космических аппаратов, а также даст существенное ускорение для микроэлектроники в смежных направлениях. Такие задачи неизменно вызывают инженерный азарт в чистом виде.
Молодые инженеры: чему учиться и чего бояться
Сегодня мы часто говорим о санкциях. Но они — не катастрофы, а просто вызовы и точки роста для разработчиков. Если есть проблемы с поставками комплектующих и материалов, то всегда можно найти замену или поэкспериментировать с компоновкой и схемотехникой. Поэтому любая задержка «сегодня», открывает возможность «завтра» предложить новое и более интересное решение. Главное — не бояться и браться за такие задачи.
Ещё в космонавтике я бы выделил вызов, связанный со сменой парадигм в разработке. Мы переходим от «штучных» изделий к массовому производству. Космос становится серийным, и это требует другой логики от разработчика: точности без фанатизма, надёжности без избыточности. И здесь раскрывается потенциал молодых инженеров, им проще рисковать и пробовать конструировать технику на новых принципах.
И здесь мы подходим к главному принципу любого инженера — никогда не останавливаться в развитии. Вуз формирует только базу. То, какого профессионала ты выстроишь из себя на этому фундаменте — целиком на твоей ответственности. Новые материалы, алгоритмы, AI-инструменты — всё это нужно осваивать уже в работе. Инженер, который перестал учиться, перестает быть инженером.
Какие знания будут цениться
Программисты, физики, химики, прочнисты, конструкторы, математики — без них никуда. Но сегодня выигрывают те, кто умеет видеть связи: инженер, который разбирается в экономике; конструктор, умеющий писать код; физик, понимающий, как управлять проектом. Чем шире кругозор, тем дальше можешь дойти.
Благодаря инициативам Десятилетия науки и технологий, обилию научно-популяризаторских проектов, таких как, например, всероссийский научно-просветительский конкурс «Научная вселенная», у нас в стране сформировалась прослойка ребят, искренне заинтересованных наукой. Они глубоко погружены в контекст различных научных специальностей, интересуются трендами, следят за новостями, пытаются самостоятельно что-то изучать. Всех их объединяет, наверное, искреннее и честное желание — привнести в выбранную научную сферу что-то новое. Они хотят идти в науку не за зарплатами, званиями и регалиями, они мечтают совершать прорывы и научные открытия. Я думаю, такие амбиции — самые правильные для настоящего ученого.
Для меня самая амбициозная задача — космическая ядерная энергетика. Россия в этом направлении идет впереди всей планеты, и решение этой задачи откроет огромные возможности — от энергетических модулей на Луне до межпланетных буксиров. Сегодня это уже не мечта, а весьма четкая инженерная перспектива.
Ранее мы рассказывали, что ракету для нового экипажа МКС украсили детскими рисунками.
