Золотой купол Исаакия виден за многие километры и давно стал одним из главных символов Петербурга. Мимо каждый день проходят тысячи людей — и мало кто задумывается, какая история за ним стоит.
А история эпическая. Сорок лет стройки, тысячи рабочих, гора денег и целый ворох мистических легенд. Собор рос так медленно, что успел обрасти мифами еще прежде, чем был достроен. Стоит разобраться, как все было.
Закладка и история строительства Исаакиевского собора
Начнем с неожиданного факта. Тот Исаакий, что мы видим сегодня, — уже четвертый по счету. У него было три предшественника, и у каждого своя история.
Самый первый появился еще при Петре I. В 1707 году у Адмиралтейства освятили скромную деревянную церковь — в ней, к слову, царь венчался с будущей императрицей Екатериной I. Простояла она недолго. На смену деревянной в 1717 году заложили каменную, у самого берега Невы; строили ее архитекторы Георг Маттарнови и Николай Гербель. Вот только зыбкий грунт у воды сыграл злую шутку: стены пошли трещинами, и здание в конце концов разобрали.
Третья попытка вышла и вовсе курьезной. При Екатерине II за дело взялся именитый итальянец Антонио Ринальди, задумавший роскошный собор, целиком облицованный мрамором. Но императрица умерла, не дождавшись финала, а ее сын Павел I решил закончить стройку быстро и дешево. Мрамор он забрал на собственную резиденцию, Михайловский замок, и великолепное основание попросту достроили кирпичом. Вышло нелепо: низ мраморный, верх кирпичный. Над несуразным храмом посмеивался весь Петербург, а по рукам ходила едкая эпиграмма про «памятник двух царствований». Немудрено, что вскоре собор решили снести и построить заново — на этот раз с размахом.
Торжественная закладка состоялась 8 июля 1819 года. Проект отдали молодому французу Огюсту Монферрану — выбор по тем временам смелый и рискованный: архитектор был еще толком не знаменит, и скептиков вокруг хватало. А стройка растянулась на сорок лет. Собор возводили с 1818 по 1858 год, при трех императорах кряду. Целое поколение петербуржцев родилось, выросло и состарилось, так и не увидев Исаакий без строительных лесов. Освятили его лишь в 1858-м, уже при Александре II.
Огюст Монферран — архитектор, отдавший собору жизнь
Судьба Монферрана сплелась с Исаакием намертво. Молодой француз приехал в Россию — и, по сути, отдал собору всю жизнь, от первого чертежа до последнего гвоздя. Сорок лет у одного здания: мало кто из зодчих может таким похвастаться.
Работа была адски сложной — и творчески, и инженерно. Перед архитектором стояли задачи, от которых кружилась голова: поднять исполинские колонны, удержать неподъемный купол, не дать всей громаде уползти в петербургское болото. Права на ошибку у него не было.
Этому собору Монферран отдал себя без остатка — и, по горькому совпадению, ушел из жизни в 1858 году, вскоре после того, как его детище было завершено. С этой смертью, да и со всем собором, связано немало легенд. Но к ним мы еще вернемся.
Как строили Исаакиевский собор: колонны, купол и фундамент
Строительство Исаакия — это настоящий учебник инженерной дерзости. Разберем по частям.
Фундамент. Петербург стоит на болоте, и, чтобы каменная махина не поплыла, в землю вколотили около двадцати четырех тысяч деревянных свай. На эту подушку легла мощная кладка, и только потом начал расти сам собор. По сути, храм держится на целом подземном лесе.
Колонны — отдельная история. Сорок восемь гранитных гигантов для портиков вырубили из цельного камня в каменоломнях под Выборгом. Вес каждой — больше сотни тонн. И вот что поразительно: их установили раньше стен. Колонны поднимали хитрой системой лесов и лебедок, и на подъем одной уходило меньше часа. Первую водрузили в 1832 году — на глазах у императорской семьи и толпы зевак.
А главная гордость — купол, и тут Монферран проявил себя настоящим новатором. Многие думают, будто его срисовали с какого-то итальянского собора, но образцом послужил лондонский собор Святого Павла работы Кристофера Рена. Вместо привычного кирпича Монферран сделал купол металлическим — на каркасе из двадцати четырех чугунных ребер. Получилась хитрая конструкция сразу из трех вложенных куполов: тот золоченый, что мы видим снаружи, прячет под собой еще два. Для своего времени это был настоящий технологический прорыв.
Золотили купол старинным и очень опасным способом — огневым золочением. Золото растворяли в ртути, наносили на металл и выпаривали на огне. Позолота выходила на века, но цена ей была страшная. Ядовитые пары ртути, по разным данным, свели в могилу около шестидесяти мастеров. Всего же на купол ушло больше сотни килограммов золота — целое состояние, что сияет над городом по сей день.
Чем знаменит Исаакиевский собор сегодня
Чем же так знаменит Исаакий? Прежде всего размахом. Высота — сто с лишним метров, а внутри свободно умещаются тысячи людей. Это один из крупнейших купольных храмов на планете. Внутреннее убранство под стать. Колонны из малахита и лазурита, золото, мозаики, огромные росписи под куполом. Роскошь, от которой захватывает дух даже у тех, кто в храмах бывает нечасто.
За лучшим видом на город поднимаются на колоннаду собора — смотровую площадку у основания купола. Оттуда Петербург виден как на ладони. Сегодня Исаакий работает как музей, хотя по большим праздникам здесь по-прежнему идут службы. И еще одна страница, о которой нельзя молчать. В блокаду золотой купол закрасили серой краской, чтобы он не служил ориентиром для вражеской артиллерии, а в подвалах прятали музейные сокровища. Собор выстоял вместе с городом — и это, пожалуй, посильнее любой легенды.
Легенды Исаакиевского собора: интересные факты
Ну а теперь обещанное — легенды, которыми Исаакий оброс особенно густо.
Начнем с проклятия Павла I. Помните мрамор, который император забрал у старого собора на свой Михайловский замок? Туда же он перенес и надпись, заготовленную для фронтона Исаакия: «Дому Твоему подобает святыня Господня в долготу дней». Многие сочли это дурным знаком. А по легенде, некая юродивая напророчила: жить Павлу столько лет, сколько букв в той надписи. Букв насчитали сорок семь. Императора убили заговорщики в том самом замке на сорок седьмом году жизни — всего через несколько недель после новоселья.
Своя мрачная легенда есть и у Монферрана. Говорят, некий предсказатель напророчил архитектору смерть сразу по окончании собора. И ведь почти сбылось: Монферран умер в 1858-м, спустя месяц после освящения храма. Врачи называли земную причину, тяжелую болезнь, но легенда, как водится, оказалась живучее фактов. Больше того: зодчего будто бы хотели похоронить прямо в его творении, да разрешения не дали, и вдова увезла тело в Париж. А по ступеням собора потом еще долго мерещился его призрак — так и не решавшийся войти внутрь.
Самая же знаменитая примета — про леса. Строительные леса стояли вокруг собора необычайно долго, и в народе поговаривали: дом Романовых падет, едва их снимут. Окончательно леса разобрали в 1916 году — а через считаные месяцы империя рухнула. Совпадение, конечно. Но история от этого не менее жутковата.
Была у собора и вполне научная страница. В советские годы здесь работал музей, и в 1931-м под самым куполом подвесили гигантский маятник Фуко — почти на сотню метров. Его неспешное качание наглядно доказывало, что Земля вращается вокруг оси. Позже маятник сняли.
И напоследок — про само имя, в нем прячется трогательная деталь. Собор назван в честь святого Исаакия Далматского, чей день памяти выпадает ровно на день рождения Петра I. Выходит, за всем этим золотом и гранитом скрывается тихий поклон основателю города.
Ранее Наука Mail рассказала о том, как под скалами Египта нашли убежище с мумиями великих фараонов — от Сети I до Рамсеса II
