Про фестиваль и формат
5 сентября в музее «АТОМ» на ВДНХ прошел FestTech — фестиваль МФТИ про науку, технологии и юмор. В этом году он собрал более 18 тысяч гостей и объединил более 50 событий и активностей. Организаторы фестиваля — МФТИ и Физтех-Союз, генеральный партнер FestTech 2026 — госкорпорация «Росатом». Фестиваль реализован при грантовой поддержке Движения Первых. Днём гости знакомились с научными исследованиями и разработками, слушали ученых и участвовали в экспериментах, а вечером их ждала программа с музыкой и научным юмором. Одним из главных событий вечерней части стала традиционная Антинаучка МФТИ.
На конференции участники представили убедительные исследования на несуществующие темы. В этот раз шесть докладчиков разбирались с мотивацией через атомную энергетику, искали закономерности московского метро с помощью астрофизики, применяли теорию игр к грязной посуде и строили эпидемиологическую модель мемов. В ход шли настоящие научные понятия, формулы, графики и модели — только объекты исследования были совсем неакадемическими.
После каждого выступления докладчику предстояло защитить свою теорию перед залом и жюри. Зрители задавали вопросы, продолжая логику придуманного мира, а в финале выбирали самый научный и самый антинаучный доклады. Победителя определял зал.
Полную запись Антинаучки можно посмотреть по ссылке.
Самое сложное — найти правильную проблему
Кажется, что тему для Антинаучки придумать просто: берешь что-нибудь смешное и добавляешь формулы. На практике самое сложное — найти правильный баланс.
С одной стороны, нужна ситуация, которую зритель узнает за несколько секунд: грязная посуда, мемы, поиск квартиры, вопрос «что надеть» или вечное отсутствие мотивации. С другой — научная модель должна быть не декорацией, а естественно развивать эту проблему: вводить свои правила, параметры и следствия, постепенно превращая исходную шутку в целую убедительную теорию.
Хорошая тема работает тогда, когда бытовая ситуация и научная логика начинают дополнять друг друга — и из пары смешных наблюдений вырастает целый антинаучный мир.
От грязной кружки до равновесия Нэша
В докладе «Стратегическое поведение на кухне» Михаил Бакин применил теорию игр к общей кухне и желанию мыть посуду как можно реже. Каждому действию он назначил очки полезности: свою кружку мыть невыгодно, чужую — еще хуже, а если кто-то сделал это за тебя — победа.
Если все выбирают такую стратегию, кухня постепенно превращается в помойку. В докладе это состояние объяснялось через равновесие Нэша — устойчивую ситуацию, в которой никому невыгодно менять поведение в одиночку. Дальше в ход пошли стыд, стратегическая некомпетентность, кошка и даже жизнь с мамой. Жюри признало доклад самым антинаучным.
А если метро подчиняется законам Вселенной?
В «Астрометрофизике» Юлия Булгакова решала другую жизненную задачу — как заранее понять, где появится новое метро и успеть купить квартиру подешевле.
Логика быстро вышла на космический уровень: метро расширяется, как Вселенная, карта линий сопоставляется со звездным небом, а искривления объясняются гравитационными аномалиями. В какой-то момент Москва и вовсе оказывается внутри черной дыры.
Для экспериментальной проверки теории автору остается только купить квартиры сразу в нескольких перспективных районах. «Астрометрофизика» получила приз зрительских симпатий.
Мемы как эпидемия
Самым научным стал доклад Евгения Ильина «Эпидемиологическая модель мема». Распространение мемов в нем описывалось как эпидемия: человек заражается, становится «хихикающим», а со временем приобретает «баяноустойчивость».
В модели появились коэффициент ржаки, коэффициент баянистости и собственное репродуктивное число мема. Дальше — гибридные мемы, «мемы-зомби» из семейных чатов и вакцинация небольшими дозами контента, которая при передозировке грозит постиронией.
В финале автор заметил, что, рассказывая аудитории, как защититься от мемов, сам показал ей больше тридцати мемов.
Вот в таких моментах Антинаучка и работает лучше всего: шутка постепенно обрастает настолько цельной логикой, что внутри нее уже начинает угадываться настоящая научная модель.
Доклад должен выдержать проверку залом
После каждого выступления докладчик отвечает на вопросы уже без сценария. И зрители обычно не пытаются разрушить теорию — наоборот, принимают ее правила и смотрят, что еще из них можно вывести.
Так, у автора атомной теории мотивации спросили про защиту «бабочек в животе и тараканов в голове», после астро-метро-физики обсуждали Петербург как «истинный вакуум», а эпидемиологическую модель мемов дополнили «баяноустойчивыми летучими мышами» и коэффициентом кринжа в шакалах.
Получается своего рода антинаучное рецензирование: хорошая тема должна иметь запас логики за пределами самой презентации и выдерживать новые вопросы, не рассыпаясь после первого же уточнения.
Абсурдному формату — неожиданное жюри
Антинаучные исследования оценивал вполне серьезный диссертационный совет — правда, состав получился под стать самому формату. За одним столом оказались ректор МФТИ и председатель жюри Дмитрий Ливанов, первый проректор МФТИ Елена Анохова, проректор НИЯУ МИФИ Алексей Пономаренко, исполнительный директор Физтех-Союза Алексей Штерн, популяризатор науки и автор проекта «Химия Просто» Александр Иванов и рэпер и шоумен Big Russian Boss.
Самым научным жюри признало «Эпидемиологическую модель мема», самым антинаучным — «Стратегическое поведение на кухне».
Судя по итоговым комментариям, эксперимент сработал не только на зрителях. Big Russian Boss признался, что доклады почти свели его с ума. Елена Анохова предложила позвать автора «Астрометрофизики» во фандрайзинг после научного обоснования покупки нескольких квартир, а Дмитрий Ливанов отметил, что у некоторых антинаучных советов обнаружилась вполне практическая значимость.
Почему Антинаучке нужна настоящая наука?
Антинаучка работает не по принципу «чем абсурднее, тем смешнее». Чтобы странная теория звучала убедительно, за ней должна стоять настоящая научная логика.
Нужно понимать равновесие Нэша, прежде чем применять его к грязным кружкам, эпидемиологические модели — к мемам, а астрофизику — к московскому метро.
В этом и есть главный баланс Антинаучки: понятная жизненная ситуация встречается с настоящим научным аппаратом — и на несколько минут даже самая странная теория начинает казаться вполне убедительной. По крайней мере, до первого вопроса из зала.
Ранее Наука Mail публиковала интервью с ученым-химиком о том, как химические соединения защищают картофель и помогают искать лекарства.