Исследователям давно известно, что тяжелые металлы и стойкие органические загрязнители концентрируются в Арктике, в организмах хищников (например, белых медведей). Но что происходит с такими животными, как северные олени Шпицбергена, которые питаются арктическими растениями?
В рамках международного проекта ученые за три года (с 2021 по 2023 годы) изучили образцы 68 животных — мозга, почек, печени, фекалий, бедер, шерсти и мышц.
Результаты показали, что уровни кадмия и свинца снизились относительно данных 1980‑х годов, концентрация ртути оставалась стабильной. При этом содержание «вечных химикатов» (ПФАС) резко выросло за десятилетие — более чем на 900%, с 0,6 до 5,48 нанограмма на грамм. Ранее источником ПФАС считались тренировки пожарных в Лонгйирбене, но химический профиль загрязнителей изменился, и причина скачка пока неясна.
Ставридис выяснила, что фекалии подходят для мониторинга уровня ртути, что это позволяет избегать отстрела ради контроля элемента. Скрининг 20 генов выявил, что с ростом концентрации загрязнителей подавляются гены, связанные с метаболизмом жиров — а это критично для оленей, чья масса тела сильно меняется в течение года.
Концентрация каждого отдельного загрязнителя ниже пороговых значений токсичности для диких животных. Однако комбинация веществ может оказывать воздействие. Оленину со Шпицбергена допустимо употреблять в пищу с ограничениями: чтобы не превысить пороговое значение содержания ПФАС, можно есть не более 11,5 граммов печени оленя в неделю в течение года. При этом охотникам на архипелаге разрешается добывать лишь одно животное за сезон, который длится с середины августа по конец сентября, что дополнительно снижает риск заражения.
Ранее Наука Mail рассказывала о том, что найдена связь между «вечными химикатами» и астмой у детей.
