Сотрудники Института археологии и этнографии СО РАН и Новосибирского государственного университета изучили серьги из могильника Койбалы в Хакасии. Их нашли еще в 1985 году в погребении древнетюркского периода. Украшения хранились в тайнике, сооруженном в стенке могилы взрослого человека. Рядом лежали кости коня, стремена и детали сбруи. По составу инвентаря ученые определили: могила принадлежала женщине.
Серьги выполнены в виде крылатой антропоморфной фигуры монголоидной внешности. Над высокой прической — нимб, в руках на уровне груди фигура держит сосуд. Крылья опущены вниз, хвост загнут на тыльную сторону, где прикреплены проволочные дужки. К петлям на хвосте крепятся крупные ромбовидные подвески. Вся композиция дополнена семью пустотелыми шариками-подвесками.
Исследование технологии изготовления показало: изначально изделия не были задуманы как серьги. Ученые выявили три технологических этапа, выполненных тремя мастерами разной квалификации. Первый мастер изготовил два идентичных изделия из сплава серебра с медью (1–2%). Они имели вид уплощенных фигур в форме птицы с рельефными человекообразными изображениями в центре. Поверхность украсили витой нитью и скалью. Это работа высокого уровня.
Второй мастер переделал их в серьги: добавил шарики-подвески, сделал дужки в виде вопросительного знака — древний способ крепления в мочках. Работа была грубее: на поверхности остались вмятины и заусенцы. Третий мастер отремонтировал сломанное крыло, но сделал это не пайкой, а проволокой — и менее качественно.
В морфологическом и художественном отношении серьги достаточно архаичны и, возможно, к моменту захоронения вышли из моды, но их семантическое значение было для владельца важнее, чем сохранность. Удаленность от ремесленных центров сыграла свою роль: если бы у владельца была возможность отдать их в руки профессионального ювелира, ремонт был бы сделан качественно, с помощью пайки
Ранее исследователь Сергей Скобелев предположил, что образ на серьгах — древнетюркская богиня Умай, покровительница женщин и детей. Изображение имеет сходство с каменными изваяниями тюрков: статичная поза, монголоидный облик, сосуд в руках на уровне живота. Однако аналогий среди мелкой пластики тюркской культуры не нашли.
Погребальный обряд со шкурой коня может указывать на связь с населением Уйгурского каганата, воевавшего с енисейскими кыргызами. По мнению исследователей, украшение было дорогой семейной реликвией, которую передавали из поколения в поколение, — оно служило не только украшением, но и показателем социального статуса. Исследование опубликовано в журнале «Археология, этнография и антропология Евразии».
Ранее Наука Mail писала о том, что в погребениях VI–VII веков под Калининградом нашли медвежьи когти.