Острый панкреатит — одна из самых сложных проблем современной медицины. Пациент испытывает сильнейшие боли, которые снимают только наркотическими средствами. В тяжелых случаях нагрузка на организм приводит к полиорганной недостаточности. Операции на поджелудочной железе имеют высокую летальность.
Группа медиков и биологов из Челябинска и Екатеринбурга проанализировала 541 экспериментальную работу о лечении острого панкреатита на грызунах. Исследование опубликовано в журнале Diseases.
После строгого отбора в качественный анализ вошли девять исследований. Ученые искали способы вмешательства до того, как болезнь перейдет в тяжелую форму с некрозом и системными осложнениями.
Самым перспективным направлением специалисты назвали блокаду серотониновых рецепторов. Серотонин называют «гормоном счастья», но при воспалении поджелудочной железы он работает против организма: усиливает повреждение тканей и поддерживает воспаление. В экспериментах блокада серотонина снижала уровень ферментов амилазы и липазы в крови на 37–65%, уменьшала отек и гибель клеток.
Мы искали, можно ли воздействовать на ранние механизмы воспаления при остром панкреатите до того, как болезнь перейдет в тяжелую форму с некрозом и системными осложнениями. Говорить о готовом лечении пока рано. Но работа показывает, какие механизмы стоит проверять дальше: серотониновую регуляцию воспаления, стресс-ось и ферроптоз. Для клинической хирургии это важно именно как поиск ранних вмешательств, которые могли бы уменьшить тяжесть острого панкреатита до необратимых осложнений.
Другое перспективное направление — препарат тиадиазин L-17. Он снижал 7-дневную смертность грызунов после операции с 50–70% до 30%. Препарат не просто подавлял воспаление, а переключал иммунные клетки в очаге повреждения с разрушительных на восстанавливающие. Третье направление связано с ферроптозом — особым типом гибели клеток из-за нарушения обмена железа. В одном эксперименте защитный эффект показал оланзапин, но в клинической практике его не применяют.
Впрочем, от экспериментов до реального лечения еще далеко. В опытах препараты вводили сразу или на самых ранних стадиях, а в реальной жизни пациент попадает к врачу, когда болезнь все больше входит в свои права. Работа лишь показывает, какие механизмы стоит проверять дальше.
Ранее Наука Mail писала о том, что в России разрабатывают первую искусственную поджелудочную железу.