
XIV век стал тяжелым испытанием для Европы. Сначала с 1315 по 1317 год страну за страной накрыл Великий голод, а затем пришла эпидемия бубонной чумы, вызванной бактерией Yersinia pestis. Болезнь унесла жизни более трети населения, и многие пахотные земли опустели.
Чтобы понять, как это сказалось на природе, палеоэколог Джонатан Гордон из Центра биоразнообразия антропоцена Леверхалма при Йоркском университете с коллегами проанализировал более 100 европейских записей ископаемой пыльцы с примерно 4600 образцами. Места исследования лежат от низин Франции и возвышенностей юго-запада Англии до Швейцарских Альп.

Ландшафты разделили на три группы по пыльце злаков: где производство выросло, где оно сократилось и где следов земледелия не нашли. Оказалось, что биоразнообразие в целом снизилось, главным образом за счет ландшафтов, где сельское хозяйство пошло на спад. Там оно упало примерно на 40%.
Пыльца как свидетель прошлого
Восстановление заняло около 150 лет. Когда население начало расти, а человек снова активнее менял ландшафт, разнообразие вернулось и даже немного превысило уровень до чумы. По словам Гордона, смешанные ландшафты с лесами, пустошами, прудами и вторичными лесами поддерживали больше видов растений.
Результат не означает, что люди всегда полезны для природы. Палеоэкологи давно знают: история сложнее простой потери видов. По словам исследователей, прежнее управление землей строилось на сохранении мозаики, а не однородных ландшафтов последних веков.
Функциональное разнообразие важно для устойчивости экосистем и их приспособления к изменению климата, поэтому такие выводы могут пригодиться и будущему сельскому хозяйству. Для сравнения, по некоторым оценкам, мировое биоразнообразие сократилось в XX веке до 11%.
Ранее врач оценила, насколько высок риск заразиться чумой в России.

